На главную
Мой подход
Публикации
Учебные курсы
Запись на прием

Рак души

Себялюбие – это унылая духовная болезнь, тем более запущенная,
чем более она склонна представлять себя признаком душевного здоровья.


Виктор Кротов, писатель.

     Нет, я думаю, особой нужды давать какое-то специальное определение эгоизму. Каждый под этим словом понимает, в общем-то, одно и то же, т.е. безоговорочное предпочтение своих интересов интересам других людей с соответствующим нагло и цинично демонстрируемым поведением, целиком направляемым мыслью о собственной пользе и выгоде, нередко, вопреки всем и всему. Это даже не столько любовь к себе, сколько почти клиническое помешательство на самом себе, на своих шкурных интересах. Эгоист ничего не хочет знать об окружающих его людях, их состоянии, правах, положении, настроениях, возможностях, интересах, они для него – некий подсобный материал его жизни, что-то вроде игровых фишек, которыми он двигает в своей жизненной игре для достижения своего желанного выигрыша. «Эгоизм – говорил польский писатель Г.Сенкевич – это вата в ушах от людского стона».

     Эгоизм, разумеется, всеми осуждаем, хотя, как правило, осуждается всегда чей-то эгоизм, а не свой собственный. Для себя всегда находятся уважительные и извиняющие причины и обстоятельства. Впрочем, находятся и такие социально проблемные особи, которые позиционируют себя, чуть ли, не глашатаями собственного, почти зоологического, эгоизма, возводя его в ранг какой-то «элитарной» жизненной философии, которая существует исключительно для «избранных» и «особо продвинутых». Нравственная недоразвитость подобных индивидов позволяет им смотреть на всех людей «не их круга» как на человеческие «ничтожества», интересами которых необходимо просто пренебречь во имя существования той неприкасаемой «элиты», к которой они причисляют себя в первую очередь.

     Патентованный эгоист, как правило, считает себя «свободным человеком», при этом под свободой он чаще всего подразумевает собственное безграничное своеволие, т.е., по существу, рабскую зависимость от своих безграничных притязаний. Его Я, «Эго» (отсюда, собственно, и термин «эгоизм»), становится высшей инстанцией его душевного мира. Эгоисту кажется, что он никому и ничем не обязан, а потому волен поступать в своей жизни по собственному усмотрению, не считаясь ни с кем. Эгоисту трудно понять и принять то обстоятельство, что другие люди в его жизни могут иметь свои собственные планы и интересы, а не сообразовывать их постоянно и исключительно с его желаниями и намерениями. И эгоисту неплохо живётся, если кругом него находятся «любящие» люди, потакающие его эгоизму и развращающие его тем самым окончательно. Такое отношение к нему со стороны окружающих формирует доморощенный, ничем не обоснованный «культ личности» субъекта, которому, как правило, очень далеко до уровня полноценно развитой личности, и этот проблемный субъект начинает нагло требовать от всех и во что бы то ни стало особого почтения к своей собственной персоне.

     Поэтому совершенно невыносимым оказывается для такого махрового эгоиста сообщество других эгоистов, с которыми он вынужден общаться и решать какие-то общие проблемы. Здесь каждый – сам за себя и, одновременно, против всех; никто ни в коем случае не хочет пожертвовать своими интересами во имя общего дела или совместного решения насущной задачи, каждый жёстко цепляется исключительно за свою выгоду.

     Ни с кем не считаясь и никого не любя, эгоист оказывается замурованным в самом себе. Отсутствие способности любить – смерть души. Такой человек превращается в зомбированное своими прихотями и похотями ущербное существо, слишком самодовольное для того, чтобы понять и оценить свою ущербность.

     Эгоисты лишены способности единения в живое человеческое сообщество, они, сколько бы ни пыжились, обречены на душевное одиночество; даже семейный союз оказывается для них неразрешимой проблемой. Совсем не редкое явление: юноша и девушка, взлелеянные в своих семьях как два эгоиста, решают вступить в брак, создать новую семью, потому что они «очень любят друг друга». Всё прекрасно до той поры, пока им не нужно решать какие-то совершенно банальные бытовые вопросы, скажем, кому мыть посуду или кому выносить помойное ведро, кому сходить в магазин за продуктами или протереть пол мокрой тряпкой? Для двух «любящих друг друга» эгоистов – это, нередко, неразрешимая проблема, потому что они не привыкли этого делать в своих родительских семьях, а, кроме того, такие вопросы ломают их прекраснодушные и совершенно нереалистические представления о «любви», в которой, как им казалось, не должно быть места бытовым заботам и обязанностям. И начинаются все эти взаимные упрёки, претензии, конфликты, скандалы из-за сущей ерунды – всё рушится, потому что эгоисты не умеют ни в чём уступать, и всегда паразитически зависимы от других людей, которыми привыкли помыкать. В этом, кстати сказать, одна из мерзостей эгоизма – без добровольных услуг со стороны других людей эгоист обойтись не может, но при этом сам же этих людей презирает за их услужливость, воображая себя чуть ли не «родовитым барином», окружённым исполнительной челядью. Низкопробная порода! Прав А.М.Горький: «Личный эгоизм – родной отец подлости».

     Эгоист одержим своими интересами. Любое требование или даже просьбу, обращённую к нему, он воспринимает как чуть ли не ущемление своих «законных прав». Он не желает поступиться даже пустяком, поскольку это может нарушить его покой или ущемить его интерес.

     Пожалуй, наиболее точную формулу эгоизму дал Ф.М.Достоевский в «Записках из подполья»: «свету ли провалиться или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить!». Для того чтобы понять этот припадочный эгоистический лозунг, не надо даже обращаться к великой литературе – достаточно посмотреть на сильно заснеженный этой зимой Петербург. Ведь любому здравомыслящему человеку понятно, что вывозу снега с улиц больше всего мешают припаркованные к тротуарам личные автомобили. Казалось бы, как просто: поставь свой автомобиль в чётный день календаря на чётную сторону улицы, а в нечётный день – на нечётную сторону и снегоуборочная техника примется за работу, но не тут-то было! Плевать хотел наш оборзевший автомобилист-любитель на это дельное предложение. Он ставит свою машину там, где ему заблагорассудится, где сочтёт для себя удобным, и знать ничего не хочет об общественном порядке, который, кстати сказать, и ему же на пользу. Захотел – и ставит её хоть поперёк дороги или на пешеходной тропе, там, где снег расчищен. А пешеходы? А кто они такие? Лохи, чмошники, не имеющие собственного автомобиля? Небось, мне завидуют! Ничего, проберутся как-нибудь по сугробам вместе со своими малыми детьми, а старикам вообще пора в гроб, а не по улицам шляться, ведь главное то, что мне и только мне так удобнее, а что касается остальных, то это их проблемы!

     Общение с эгоистом не безопасно, особенно для тех людей, которые близко к сердцу принимают все его выходки, пытаются с ним как-то ладить, переубеждать, перевоспитывать, взывать к его совести, стыдить. Всё это совершенно бесполезно, потому что для эгоиста отказаться от своей непомерно завышенной самооценки, утратить чрезмерно раздутое представление о собственном «Я» – всё равно, что для калеки остаться без протеза; он цепляется за своё «Я» как утопающий за соломинку. Стать скромным как полноценная личность для помешанного на себе эгоиста всё равно, что расписаться в собственном ничтожестве, а потому он делает всё возможное и невозможное, дабы «возвыситься» как в собственных глазах, так и, как ему кажется, в глазах окружающих. Именно поэтому ему просто необходимо постоянно унижать всех тех, от кого он зависит, а это делает его весьма патогенным субъектом для окружающих. От общения с одурелым эгоистом можно мучительно страдать, можно впасть в депрессию, можно заболеть, можно довести себя до грани самоубийства, но ему всё нипочем, он продолжает упорно, тупо отстаивать свои интересы, не желая поступиться ничем, потому, что всякую уступку расценивает как своё позорное, унижающее его поражение. Поэтому эгоистическим притязаниям социально проблемного индивида следует противопоставлять только одно – своё чувство собственного достоинства, препятствующее возникновению зависимости от наглого эгоиста. Оставьте эгоиста наедине с его эгоизмом – он начнёт саморазрушать себя. Другой способ более действенный: не пудря себе мозги всякой ныне новомодной «толерантностью», смачно врезать этой тупой особи по её свинорылой физиономии. Подставлять же себя для чьих-либо самоутверждений или паразитического образа жизни, быть понукаемыми такими нравственными уродами могут позволить себе только жалкие мазохисты.

     Эгоизм – яркий признак личностной недоразвитости в коммуникативной сфере. Эгоистичный человек застревает на уровне детского эгоцентризма, при котором ребёнок чувствует себя неким «центром» происходящего вокруг него. С возрастом, по мере личностного развития и в общении с другими людьми, человек отходит от своего первичного инфантильного эгоцентризма и начинает более адекватно и реально оценивать себя. Не утрачивая чувства собственного достоинства, а, напротив, обретая его во взаимодействии с окружающими, он оказывается способным к плодотворному общению и ответственному сотрудничеству в человеческом сообществе.

     У эгоиста этот процесс оказывается заблокированным, часто пожизненно. Он, словно малое дитя, чувствует себя «бесценным сокровищем» для окружающих, а потому желает жить «по своему велению, по своему хотению». Такое отношение к самому себе создаёт благоприятную почву для укоренения в нём таких свойств недоразвитой личности как своеволие, наглость, спесивость, жестокость, беспринципность, лживость, жадность, цинизм и пр. Эгоизм всегда вбирает в себя весь комплект нравственного негатива, он, как правило, не может сочетаться с благородными личностными качествами, а потому является необходимым условием для морального разложения личности.

     Совершенно очевидно, что истоки эгоизма – в детстве. Эгоистами не рождаются, ими становятся. Всё зависит от раннего семейного воспитания, от моральной атмосферы семьи, в которой взрастает ребёнок. Среди различных видов неправильного семейного воспитания существует так называемое «эгоцентрическое», напрямую связанное с формированием будущего эгоиста. В чём его специфика? Ребёнку его воспитателями прямо или исподволь навязывается представление о его «Я» как о самодовлеющей сверхценности для окружающих. Вольно или невольно он становится некой «достопримечательностью» семьи, его демонстрируют гостям, о нём в его же присутствии говорят с умилением, он – «всеобщий любимец», «наша радость», «кумир», «смысл нашей жизни» и т.п. Он – «ребёнок с гениальными задатками» только потому, что научился громко барабанить по фортепьянным клавишам или немного пиликать на скрипке или малевать красками по листу бумаги и проч. Таким образом, его самооценка уже изначально становится чрезмерно завышенной, он очень рано начинает понимать, что его положение среди людей особое, привилегированное. Ему все должны, а он, разумеется, – «подарок для всех». Такое воспитание к тому же отличается крайней непоследовательностью: за один и тот же проступок один «воспитатель» его хвалит, им восторгается; другой выражает грубое недовольство, агрессивное раздражение; третий остаётся безучастным, безразличным, отстранённым, а ребёнок оказывается полностью дезориентированным в отношении своего окружения и капризно, эгоистично и во что бы то ни стало, отстаивает свои прихоти. Он начинает истерично заявлять о своих желаниях, изматывает окружающих, пытаясь сделать свои капризы чуть ли не законом для них. Он пугает «непокорных» своими нелепыми выходками, воплями, истериками, иногда «болезнями», и, как правило, добивается своего, упорно идя напролом. Все его желания – это не что иное, как жажда своего самоутверждения, настырное требование оранжерейных условий жизни, ненасытимая потребность приятного времяпрепровождения, причём, вопреки всему и, только потому, что он этого хочет. Нередко ему это удаётся – его нерадивым «воспитателям» так легче от него «откупиться», лишь бы успокоился, лишь бы «заткнулся»! Результатом такого горе-воспитания будет формирование трудного эгоистического характера – инфантильного, своевольного, себялюбивого, наглого с выраженной склонностью к паразитическому существованию за счёт других.

     В последующей своей жизни эгоист может навязывать себя людям, но совершенно не способен плодотворно взаимодействовать с ними. Он живёт только для себя, во имя себя, и для общественного организма не столько бесполезен, сколько опасен.

     Эгоист среди людей подобен раковой клетке в организме. В норме здоровые клетки, из которых состоят все органы тела, выполняют специфические функции, необходимые для целостного существования всего организма. Если клетки не будут выполнять этих своих функций – а в каждом органе и ткани организма они разные – то жизнь целого организма станет невозможной. Что делает раковая клетка? Она отказывается от выполнения своей специальной функции в организме. Не подчиняясь жизни целого организма, она начинает жить сама по себе, довольно быстро размножается через деление, создавая свои подобия, объединённые в большие объёмы клеточной массы (опухоли), которые, сдавливая окружающие ткани и нарушая их функционирование, отравляют организм продуктами своей жизнедеятельности и, в конечном итоге, ведут его к жизненной катастрофе.

     Здоровый организм защищается от раковой клетки-«предательницы» при помощи иммунитета, который распознаёт её и безжалостно уничтожает. Если сравнить организм с государством, то иммунитет в нём выполняет функции МО, МВД, МЧС, ФСБ, СВР вместе взятых. Здоровый организм не знает пощады для раковых «предателей» и «перерожденцев», вознамерившихся жить по своему эгоистическому принципу (за счёт организма и вопреки ему), для его здорового существования всякая толерантность к ним представляет смертельную угрозу, а потому иммунная расправа с ними у него достаточно быстрая, жёсткая и беспощадная.

     Можно сказать, что жизнь целого организма становится возможной только за счёт того, что все его здоровые клетки, специализируясь в соответствии с функцией, которую им необходимо выполнять, как бы жертвуют своей самостоятельностью и независимостью ради его целостного существования. И иммунитет твёрдо стоит на страже этого порядка.

     Но вот в организме по тем или иным причинам возник иммунодефицит, т.е. иммунитет ослаблен настолько, что не может расправиться с одолевшими его врагами: микробами, вирусами, раковыми клетками. Они не встречают в нём необходимого для его жизни сопротивления, бесконтрольно размножаются, отравляют организм продуктами своей жизнедеятельности и, наконец, убивают его. Правда, при этом погибают и сами, потому, что вне организма существовать не могут, но и уразуметь это, естественно, тоже не могут.

     Нечто подобное происходит в ослабленном общественном организме: эгоистические особи – самые настоящие «раковые клетки» общественного организма, тупо пекущиеся исключительно о собственном шкурном интересе и плодящие вокруг себя свои подобия-метастазы – разрушают своей деятельностью традиционные моральные устои, на которых базируется сплочённая солидарность здорового общества, сокрушают целостную социальную структуру и ведут общество и государство, в конце концов, к распаду и гибели. Общество, допускающее через пропаганду индивидуализма неограниченный эгоизм многочисленных любителей либеральных «свобод», подобно тяжёлому раковому больному, становящемуся несчастным свидетелем собственного бессилия и обречённости. Собственный нравственный иммунитет такого общества подавлен, оно проявляет удивительную самоубийственную толерантность по отношению к эгоистическому беспределу эгоистических мародёров, которые его окончательно гробят.